Отношения Екатерины II и её сына Павла — одна из самых драматичных страниц русской истории. Мать и сын стали политическими противниками ещё при жизни императрицы. Она боялась его как законного наследника, он ненавидел её за убийство отца и годы унижений. Конфликт дошёл до того, что Екатерина всерьёз рассматривала возможность полностью исключить Павла из линии престолонаследия, передав корону любимому внуку Александру. История распорядилась иначе: внезапная смерть императрицы разрушила её планы, а Павел получил трон, о котором мечтал 42 года.
Павел родился 1 октября 1754 года в семье наследника престола Петра Фёдоровича (будущего Петра III) и его жены Екатерины Алексеевны. Но счастливого детства у него не было. Императрица Елизавета Петровна, правившая тогда, сразу после рождения забрала младенца у родителей и воспитывала его сама, как будущего наследника . Павел видел мать крайне редко — она была для него скорее чужой женщиной, чем самым близким человеком.
«Ребенок практически с рождения был удален от родителей и воспитывался, окруженный наилучшими няньками и гувернерами» [citation:4].
Когда Екатерина взошла на престол в 1762 году, свергнув и убив мужа (отца Павла), мальчику было 8 лет. Он уже всё понимал. Осознание того, что мать виновна в смерти отца, навсегда отравило их отношения [citation:1]. Екатерина чувствовала себя неуверенно: законным наследником был Павел, а она, не имевшая прав на престол по крови, воспринималась многими лишь как регентша при несовершеннолетнем императоре [citation:1].
Когда Павел вырос, Екатерина и не подумала передавать ему власть. Напротив, она удалила сына от двора, подарив ему имение Гатчина. Это была почётная ссылка [citation:4]. Павел жил там со своим "гатчинским войском", занимаясь муштрой и военными упражнениями, а мать не допускала его к государственным делам [citation:5]. Фавориты императрицы могли безнаказанно унижать наследника [citation:5].
При этом Екатерина сознательно распускала слухи, порочащие сына. Говорили, что Павел — неродной, что его подменили, что он неуравновешен и неспособен править [citation:4]. Всё это создавало общественное мнение, обосновывающее возможное отстранение Павла от престола.
📜 Ирония судьбы: Когда в 1772 году Павел тяжело заболел, мать на три месяца бросила все государственные дела и сама за ним ухаживала, «порою, по воспоминаниям Московского митрополита Платона, начиная "от горя заговариваться"» [citation:5]. В императрице боролись две женщины — любящая мать и политик, видевший в сыне угрозу.
У Павла родились сыновья — Александр и Константин. Екатерина снова повторила тот же манёвр, что и с Павлом: забрала внуков у родителей и сама занялась их воспитанием [citation:4]. В Александре она увидела идеального наследника — умного, красивого, воспитанного ею самой. Ей казалось, что он будет править лучше своего взбалмошного отца.
В письме к французскому философу Гримму 14 августа 1792 года Екатерина прямо писала: «Сперва мой Александр женится, а там, со временем, и будет коронован со всевозможными церемониями, торжествами и народными празднествами» [citation:8]. План был очевиден: после свадьбы внука (она состоялась в 1793 году) императрица собиралась короновать Александра, сделав его своим соправителем, а Павла отстранить [citation:4].
В 1793 году, после женитьбы Александра, Екатерина вынесла вопрос на Совет, где присутствовали высшие сановники империи. Она заявила, что хочет «устранить сына Павла от престола как человека неспособного и своенравного» [citation:9]. Но советники, многие из которых помнили череду дворцовых переворотов, запротестовали. Императрице пришлось отступить — пока [citation:9].
Однако она не отказалась от замысла. По свидетельству декабриста М.А. Фонвизина (племянника знаменитого драматурга), акт об отстранении Павла был составлен и подписан Екатериной в 1796 году [citation:8]. Документ хранился у вице-канцлера графа Александра Безбородко. Императрица планировала обнародовать его в свои именины 24 ноября 1796 года, предварительно заставив Павла отречься [citation:8].
📄 М.А. Фонвизин писал: «Не задолго до своей смерти, Екатерина решилась устранить сына от престолонаследия и объявить своим преемником любимаго внука, великаго князя Александра Павловича. Акт об этом тайно был составлен с согласия приближенных к императрице вельмож, в преданности которых она была уверена, и поручен хранению вице-канцлера графа Безбородко. Императрица хотела облечь этот акт силою закона и обнародовать в свои имянины 24 ноября 1796 года, предварительно заставя Павла отказаться от престолонаследия» [citation:8].
Утром 6 ноября 1796 года императрицу хватил апоплексический удар (инсульт) [citation:8]. Она потеряла сознание и, не приходя в себя, скончалась вечером того же дня [citation:9]. До назначенной даты объявления завещания оставалось меньше трёх недель.
Сразу после удара во дворец прибыл граф Безбородко, хранитель рокового документа. Он спешно выехал в Гатчину к Павлу и вручил ему акт, устранявший его от престола [citation:8]. Что именно произошло между ними — неизвестно. Но вечером того же дня Павел вернулся в Петербург уже как император. Завещание исчезло [citation:3].
🤝 Цена молчания: Безбородко получил от Павла неслыханные милости: портрет императора с бриллиантами, титул светлейшего князя, орден Св. Иоанна Иерусалимского, должность канцлера и более 10 тысяч крестьян [citation:3]. Современников удивляла такая щедрость, но теперь ясно — это была плата за уничтожение завещания. Безбородко умер через два года, разбитый параличом [citation:8].
В ночь на 7 ноября 1796 года митрополит Гавриил объявил столичным вельможам о кончине Екатерины и вступлении на престол Павла I [citation:9]. Началось четырёхлетнее правление, которое современники запомнили как время ломки всего екатерининского.
Павел ненавидел мать и всё, что с ней связано. Он отменил многие её указы, перезахоронил отца (Петра III) рядом с матерью, ввёл прусские порядки в армии, начал борьбу с дворянскими вольностями [citation:1][citation:9]. Всё это была месть за унижения, за годы в Гатчине, за попытку лишить его законного престола.
Самое важное, что сделал Павел в начале своего правления — 5 апреля 1797 года издал новый закон о престолонаследии [citation:1][citation:6]. Он ввёл чёткий порядок передачи власти строго по мужской линии от отца к старшему сыну, исключив возможность произвольного назначения наследника, как пыталась сделать Екатерина [citation:1]. Этот закон действовал в России до 1917 года и покончил с эпохой дворцовых переворотов (хотя сам Павел и стал жертвой последнего из них) [citation:6].
Ирония судьбы: Павел получил трон, о котором мечтал всю жизнь, ценой смерти матери и собственного уничтожения её завещания. Но пробыл он императором всего 4 года, 4 месяца и 4 дня — и был убит заговорщиками в Михайловском замке, который строил как неприступную крепость от таких же заговоров. А его сын Александр, которого Екатерина прочила в императоры вместо отца, стал царём только после убийства Павла. История словно посмеялась над планами матери и мечтами сына.
Так кто же прав в этом вековом споре? Мать, не пускавшая сына к власти и считавшая его неспособным? Или сын, 42 года ждавший своего часа и пытавшийся всё переделать по-своему? У историков нет однозначного ответа. Ясно одно: драма в императорской семье стала драмой для всей России, и отголоски её слышны до сих пор.